я падаю всеми мертвыми птицами на асфальт, 
я без любви к тебе стала бессмысленна и пуста.

острые крыши домов уткнулись в ночное небо и город стих. я кричу тебе «замолчи», когда ты читаешь во сне мне мой первый стих. я вгрызаюсь зубами в подушку, до боли стискиваю кулаки, но я без тебя безотчетно пуста — и это первая новость со дна реки. я тону и тону в этих смешанных в кашу днях, я ищу тебя в лицах прохожих и скомканных простынях, я хожу по чужим церквям, по железным дорогам, сожженным сёлам. вспоминаю тебя рядом грустным и, почти никогда, — весёлым. 
только что-то шальное в груди колотится… остервенело так, безысходно. я без любви к тебе словно проклятая. ни капельки не свободная.
я ничего не чувствую, столько снега… белого снега, холодного, неживого. вот и вся радость моя теперь — рассказывать им про тебя такого, каким я тебя запомнила, сохранила. в городе тает снег и земля черна под ним словно глина… нет, это всё мне снится, проснусь в кровати, крепко завернутая в любящие объятья, вернувшая в сердце жизнь одним словом «мой». пишу, потому что уже не в силах носить с собой, но ты же обыкновенно бываешь против — публичных распятий тех, из крови и плоти… кто носит пустую душу в своей груди.
но я не могу иначе, я помню «глаза напротив» и как я легко ответила:

нет. не хочу.
уходи.